NLP в Алматы

Эта романтическая, сентиментальная история началась для меня (тогда я еще не знал, что все получится именно так) после одного из моих семинаров для музыкантов. Ко мне подошел один молодой человек — на вид ему было лет 15 . По его серьезному лицу можно было предположить — то, с чем этот юноша решился обратиться ко мне, представляет для него существенную проблему, которая довлеет над ним уже в течение достаточно долгого времени. Из нашего дальнейшего разговора выяснилось, что он с детства занимался музыкой и готовился в тот момент к музыкальному конкурсу, по-моему, это был конкурс «Юные таланты Московии», где он также собирался продемонстрировать свой талант. Молодой человек имел все предпосылки для этого — у него были прекрасные педагоги, сам он был замечательным исполнителем в своем классе, но:

— Мне что-то мешает играть лучше, — сказал юный музыкант задумчиво, когда я попросил его рассказать о своей проблеме. Оказалось, что обратиться ко мне ему посоветовала его педагог, побывавшая ранее на моем семинаре. Ей показалось, что у молодого человека есть некая сложность, мешающая ему играть лучше; и сложность эта связана не с количеством тренировок, а скорее с тем способом, каким он «входит в состояние исполнителя», думает о своей игре. Буквально она сказала ему: «Качество твоей игры связано с твоим мышлением».

Проблема, с которой ко мне обратился этот молодой человек, заставила меня задуматься над более общим вопросом: почему одни люди достигают совершенства, а другие все время пробуксовывают, терпят неудачу? Почему мы порой зацикливаемся, делая какие-то лишние шаги там, где их, возможно, делать не нужно? Почему при достижении жизненных целей у некоторых присутствует гнев, раздражение, боль, страх, а не радость и восхищение, помогающие нам действовать быстро, легко и красиво? Работа с этим юношей явилась для меня первым шагом в понимании того, как устроены наши мыслительные стратегии и каким образом они проявляются в конкретных действиях.

То, с чего мы начали занятия с ним, в психологии называется моделью ТОТЕ. Здесь мы сделаем маленькое отступление для начинающих НЛП-еров.

Аббревиатура ТОТЕ обозначает четыре шага, которые присутствуют в любой нашей мыслительной стратегии. Эта модель была предложена поведенческими психологами как самая простейшая «управленческая схема» существования любого живого организма. Точки в модели ТОТЕ представляют собой простейшие функции: постановка задачи; выбор способа ее решения и осуществление различных действий для ее достижения; получение информации об успешности ее достижения; завершение процесса и переход к решению новой задачи.

Поэтому первое Т. (тест) — это «точка запуска», — то, с чего мы вообще начинаем что-либо делать; бессознательная или сознательная установка цели.

О.(операции) — действия, направленные на достижение нужного результата.

Далее — снова Т. (или второй тест процесса) — проверка, правильно ли все делается, в нужном ли направлении развивается процесс. Достигается ли именно та цель, которая была установлена.

И, наконец, Е. (выход) — завершение процесса. Понимание того, что цель достигнута.

Когда юноша рассказал мне о сложностях, возникших у него в процессе игры, я сразу понял, с чем мы будем работать — именно с моделью ТОТЕ. По моему представлению, она наилучшим образом помогает осознать и структурировать достижение любой задачи, устранить трудности.

Используя эту модель, я затратил примерно 2.5 часа для того, чтобы пошагово и точно выяснить, КАК именно юноша играет музыкальные произведения. Для начала я попросил его показать мне это.

— Хорошо, — сказал я, — давай сейчас ты продемонстрируешь мне то, как ты играешь и какие сложности возникают в процессе твоей игры.

Молодой человек, очевидно, был готов к подобного рода вопросам и ответил, практически не раздумывая:

— Ну, у меня как минимум есть одна сложность. Я не могу нормально играть 1/32 ноты. Я не выдерживаю положенную долготу звучания, а порой и вообще сбиваюсь с такта.

Затем, немного помолчав, с грустью добавил:

— Эта дурацкая пауза в игре буквально рвет все музыкальное!

По его растерянному виду и тому тону, каким это было сказано, можно было предположить, что молодой человек уже устал бороться с самим собой в попытках решить проблему самостоятельно. Он обессилено откинулся в кресле, опустив взгляд на отполированные доски паркета. Мы помолчали. Затем я поинтересовался:

— А почему тебе вообще так важно хорошо играть музыкальные произведения?

Мой вопрос вызвал у юноши недоумение.

— Я просто начал готовиться к конкурсу и хочу стать победителем.

— Отлично! Звучит очень убедительно и достойно.

Так как у нас не было музыкального инструмента, я попросил его представить, как это было бы, если бы он здесь и сейчас открыл крышку рояля, положил ноты и начал играть. Сначала он очень удивился моему предложению, но потом действительно начал перебирать в воздухе пальцами. В это время я отмечал для себя то, как двигались его глаза, насколько напряжены или расслаблены его мышцы, в каком состоянии он находится. Через некоторое время я заметил, что его зрачки расфокусировались, а правая нога вышла вперед, как бы нажимая на воображаемую педаль, хотя я его об этом не просил. По движению глазных яблок я отметил, что порой он как бы вслушивается в ту музыку, которую играет на воображаемом инструменте. Через некоторое время после того, как молодой человек закончил свою мысленную «игру», я попросил его сыграть снова, — начиная с нескольких тактов, предшествовавших музыкальному моменту, с которым было связано его затруднение. Вновь приступив к игре, молодой человек неожиданно заметил:

— О! Оказывается, я вижу перед собой нотную тетрадь, по которой разучивал это произведение.

— Какую конкретно часть произведения ты видишь? — уточнил я.

Юный музыкант поднял глаза, как бы вглядываясь в свою воображаемую нотную тетрадь. Сосредоточившись, он немного приподнялся в кресле; затем, после некоторой паузы, выговорил ровно и твердо:

— Я четко вижу одну музыкальную фразу — ту, которую играю в данный момент.

Мысленно я улыбнулся. То, как старательно он стремился выполнять все мои команды, показывало, насколько важным было для юноши желание достичь результата — желание понять, в чем заключается та «сложность, связанная с мышлением», о которой сказала ему преподаватель музыки. И его вид не был более похож на вид человека, обреченного на неудачу. Открыв для себя возможность самопознания, исследования глубин своего «я», он теперь был более подобен кладоискателю с компасом в руках (этим компасом, разумеется, было НЛП) направляющемуся на поиск скрытых возможностей своего таланта.

— Хорошо, — сказал я и попросил его продолжить игру, заметив тот момент, в котором происходит сбой.

В модели ТОТЕ — это второй тест, самая важная точка для нахождения трудностей и препятствий. Он мысленно играл до тех пор, пока мы не выяснили одну забавную закономерность. Еще за один такт до того места, где встречалась 1/32 ноты, у него начинали напрягаться плечи, кисти рук, мышцы ноги и задерживалось дыхание. И в этот самый момент внутри себя он видел, как края музыкальных фраз, расположенных до и после 1/32 ноты, буквально размываются, а тот внутренний образ (картинка) с трезвучием, в котором есть 1/32 ноты, приближается, становится большим и затем черными крупными символами вспыхивает: «1/32″. Я заметил, как именно в этот момент приближения картинки молодой человек испытывает спазм дыхания.

Слушая рассказ молодого человека и наблюдая за его реакцией, я пришел к выводу, что мы имели дело с неуспешной микростратегией, которая каким-то образом бессознательно выработалась у юноши. На языке НЛП ее упрощенно можно записать так:

Вк/К+ К асс, Вп, К Вп (1/32) / К_ Вп (черный цвет, большой размер), К- и затем сбой в игре, возврат к операциям.

Успокойтесь, уважаемые читатели. Это не тайные письмена древних ацтеков и не шифровка агента Бонда в особо секретный отдел британской разведки Ми — 6. Расшифровывая эту цепочку, ее можно соотнести с последовательностью действий модели ТОТЕ, а именно:

Т1. — Молодой человек представлял себя победителем на конкурсе, испытывая позитивные чувства. О. — Ассоциировался с состоянием игры, вспоминал нотные записи, играл (Т2). Это происходило до тех пор, пока периферийно он не замечал 1/32 ноты, отчего начинал чувствовать себя плохо (вместо успешного Е.) изменялись характеристики внутреннего образа и состояние ухудшалось. Он делал паузу.